Нукусский химический полигон (официально — Государственный научный исследовательский институт органической химии и технологии, ГосНИИОХТ, полигон «Сай-Утес» или воинская часть 52396) — это бывший секретный военный объект Советского Союза, расположенный на плато Устюрт в Каракалпакской АССР (ныне Республика Каракалпакстан, Узбекистан). На протяжении полувека он являлся главным испытательным полигоном для отработки и принятия на вооружение самых страшных видов химического оружия, включая легендарную серию отравляющих веществ «Новичок».

История создания и стратегическое назначение

Решение о создании полигона было принято в 1947 году, а к началу 1950-х годов объект начал выполнять боевые задачи. Выбор места пал на безводную пустынную местность плато Устюрт в 150–200 км к югу от города Нукус. Это обеспечивало:

• Изоляцию: низкая плотность населения, отсутствие крупных промышленных центров в непосредственной близости.
• Климатические условия: резко континентальный климат, сильные ветра, позволявшие изучать поведение ОВ в различных метеоусловиях.
• Ландшафт: равнинная пустыня, удобная для размещения испытательных полей, наблюдательных постов и подземных коммуникаций.

Главной задачей полигона были полноразмерные полевые испытания боевых отравляющих веществ (БОВ), боеприпасов к ним, средств защиты и разведки химического заражения. В отличие от лабораторных испытаний в Шиханях (Саратовская область) или Волске, именно в Нукусе проходили этапы государственных испытаний, решавших судьбу принятия нового яда на вооружение Советской Армии.

Испытания отравляющих веществ: от «V-газов» к «Новичку»

Этапы испытательной деятельности

1. 1950–1960-е гг.: Испытания классических нервно-паралитических газов (сарин, соман, V-газы — ВХ, ВР, ВМ). Отработка тактики применения авиабомб и артиллерийских снарядов.
2. 1970–1980-е гг.: Переход к испытаниям бинарных химических боеприпасов (смешивание безвредных компонентов в боеприпасе непосредственно перед применением или в полете). Это кардинально повысило безопасность хранения и транспортировки.
3. 1970–1990-е гг.: Работа над программой «Фолиант» (кодовое название НИОКР по созданию новых поколений ОВ). В рамках этой программы на полигоне Нукус проходили испытания веществ серии «Новичок» (А-230, А-232, А-234 и др.).

Принятие на вооружение «Новичка» (1988 год)

Ключевое историческое значение полигона неразрывно связано с серией «Новичок». Как свидетельствует разработчик, вице-президент ГосНИИОХТ Виль Мирзаянов, результаты испытаний в Нукусе стали решающими для принятия этих веществ на вооружение:

«По результатам Минобороны давало оценку, можно ли то или иное вещество принять на вооружение Советской армии. После успешных испытаний в Нукусе, например, был принят Новичок, это случилось уже в 1988 году».

Испытания проводились в условиях максимальной секретности. Использовались как наземные установки для имитации артиллерийского обстрела и авиасбросов, так и специальные камеры для определения токсикологических показателей (LCt50) на лабораторных животных и, по неподтвержденным данным, в подпольных условиях — для оценки проникающей способности через средства индивидуальной защиты.

Инфраструктура и режим секретности

Полигон представлял собой огромный комплекс площадью сотни квадратных километров, включающий:

• Испытательные поля: оборудованные датчиками метеопараметров, фото/кинофиксацией, системами пробывания воздуха и грунта.
• Подземные лаборатории и бункеры: для хранения эталонов ОВ, проведения работ в защищенных условиях.
• Аэродром: для испытаний авиахимических боеприпасов (самолеты Су-17, Су-24, вертолеты Ми-8, Ми-24).
• Жилой поселок (военная часть 52396): с развитой инфраструктурой (школы, больница, клуб, магазины), где жили военные, ученые ГосНИИОХТ и гражданский персонал. Жители носли форму с химической эмблемой в петлицах, что подчеркивало их принадлежность к элитным войскам РХБЗ.
• Специальная система безопасности: полигон был «закрытым» объектом высшей степени секретности, не указанным на картах, с режимом пропуска, охраняемым подразделениями КГВ (Командования охраны важнейших объектов).

Экологические и социальные последствия

Деятельность полигона не прошла бесследно для региона, хотя полные данные до сих пор остаются засекреченными или утеряны.

Погибель саигаков (1988, 2015 и др.)

Плато Устюрт — ключевая пастбищная территория для популяции саигака (степной антилопы). В 1988 году, в период активных испытаний «Новичка», зафиксирован массовый сброс саигаков. Официальная версия — пастеуреллез, однако совпадение по времени с испытаниями сверхтоксичных БОВ вызывает у экологов и ученых серьезные сомнения. Повторные массовые гибели (например, в 2015 г.) также ассоциируются с остаточным заражением территории или иммунодефицитом популяции.

Здоровье населения и персонала

Ветеранов полигона и жителей прилегающих поселков (Кунград, Муйнак, Тахиаташ) давно беспокоят повышенные показатели онкологии, заболеваний нервной системы, иммунодефицитов и генетических аномалий. Проведение независимых эпидемиологических исследований осложняется отсутствием базовых данных за советский период и размытыми границами зон возможного заражения ветрами (розы ветров).

Ликвидация полигона и международный контроль (Программа Нунн — Лугара)

После распада СССР и вступления России в Конвенцию о запрещении химического оружия (1997 г.), вопрос ликвидации объекта стал острейшим. Узбекистан, на территории которого находился полигон, не имел ни ресурсов, ни технологий для его утилизации.

Операция по демонитаризации (1999–2002 гг.)

В рамках программы CTR (Cooperative Threat Reduction), «Нунн, Лугар» США выделили значительные средства (около $6 млн на начальной стадии, общая стоимость проекта оценивалась в десятки миллионов) на:

• Снос и утилизацию надземных и подземных конструкций (лабораторий, бункеров хранения, производственных корпусов).
• Очистку почвы на испытательных полях (термическое обезвреживание, хлорирование).
• Устройство изоляционных экранов и мониторинговых скважин.
• Переоборудование части инфраструктуры под гражданные нужды (например, создание лаборатории по мониторингу ОЗ).

Работы проводились под контролем специалистов ООН и ОЗХО (Организации по запрещению химического оружия). Официально ликвидация основных объектов завершена к 2002–2004 годам.

Современное состояние территории

На данный момент:

• Основные инженерные сооружения разрушены, засыпаны или консервированы.
• Территория бывшего полигона передата в ведение Министерства обороны Республики Узбекистан и Госприродкома.
• Функционирует станция фонового мониторинга за состоянием окружающей среды (воздух, почва, грунтовые воды).
• Доступ на территорию ограничен, но не является абсолютно запретным (как в советское время); организуются научные экспедиции и экскурсии для журналистов.
• Жилой поселок воинской части 52396 в значительной степени пустеет, часть зданий снесена, часть передана местным органам самоуправления.

Интересные факты и мифы

• Кодовое название «Сай-Утес»: часто встречается в документах ЦРУ и разведки НАТО времен Холодной войны.
• Связь с Аральским морем: рецессия Аральского моря и образование Аралкума (новой пустыни) изменили метеоусловия региона, что могло повлиять на перенос остаточного заражения ветрами на большие расстояния.
• Сергей Скрипаль и Амстердам: после отравления в Солсбери (2018) международные эксперты ОЗХО подтвердили использование вещества из серии «Новичок», разработка и испытания которых неразрывно связаны именно с Нукусским полигоном.
• Музей Савицкого в Нукусе: парадоксально, но в городе, ближайшем к полигону смерти, находится один из лучших в мире музеев русского авангарда, спасенный Игорем Савицким в то же время, когда в пустыне испытывали бинарное оружие.

Нукусский химический полигон — это страница истории химического оружия, написанная трагедией и секретностью. Он стал колыбелью для самых совершенных на свой момент отравляющих веществ — серии «Новичок», принятых на вооружение в 1988 году по результатам испытаний на плато Устюрт. Ликвидация полигона в конце 1990-х — начале 2000-х годов стала одним из редких примеров успешного международного сотрудничества по разоружению (программа Нунн — Лугара). Однако экологический долг и вопросы здоровья населения региона, прожившего вблизи «зоны смерти», остаются открытыми и требуют дальнейшего независимого научного изучения и гуманитарной помощи.