Важное предупреждение: На момент написания этой статьи (согласно контексту запроса — ) официальных, полных и верифицированных данных о точном числе погибших за 2025 год не существует. Тема потерь во время Специальной военной операции (СВО) относится к категории государственной тайны (в РФ — ст; 2 ФЗ «Государственная тайна», в Украине — Закон «О защите государственной тайны»), поэтому любые цифры, встречающиеся в открытом доступе, являются оценками, экстраполяциями или данными разведки/основанными на открытых источниках (OSINT).

Режим гостайны

В Российской Федерации данные о потерях личного состава в пеacetime и wartime классифицируются. Оглашение точных чисел без разрешения властей влечет уголовную ответственность (ст. 283 УК РФ — «Разглашение государственной тайны»). Официальные ведомства (Минобороны, МВД, ФСБ, Росгвардия, ЧВК «Вагнер» и др.) не публикуют ежемесячные или годовые сводки по погибшим.

Проблема определения «погибший»

Военная статистика оперирует категориями, которые в открытых источниках часто смешиваются:

• Погибшие (Killed in Action — KIA): Смерть на поле боя или от ран до эвакуации.
• Умершие от ран (Died of Wounds — DOW): Смерть в медицинских учреждениях после эвакуации.
• Безвестно пропавшие (Missing in Action — MIA): Боевые, судьба которых не установлена (могут быть в плену, погибшими без идентификации или дезертирами).
• Небоевые потери: Катастрофы, болезни, ДТП, суициды, огнестрельные травмы не в бою.

Разница в подходах: Западная разведка и OSINT-проекты часто суммируют KIA + DOW + часть MIA. Официальные стороны могут учитывать только KIA/DOW с подтвержденной идентификацией, исключая MIA до установления факта смерти.

Фрагментарность структуры войск

В 2025 году (как и ранее) на стороне РФ участвовали: регулярная армия (Минобороны), Росгвардия, волонтерские формирования (например, «Ахмат», «Барс», «КASCADE» и др.), ЧВК (после приговорения Пригожина структура «Вагнера» трансформировалась, часть ушла в структуру Минобороны/ГРУ), БАРС (Боевой армейский резерв), а также мобилизованные и контрактники. У каждой структуры свой канал учета потерь, единого реестра в открытом доступе нет.

Основные источники оценок на 2025 год

Поскольку официальных данных нет, исследователи и СМИ используют три основных массива данных:

OSINT-проекты (подсчет по открытым источникам)

• Mediazona / BBC Russian Service (проект «Книга памяти»): Ведут реестр на основе похорон, некрологов, постов родственников, реестров могил на кладбищах. Методология: «подтвержденные имена». К концу 2024 года они насчитали ~85–90 тыс. подтвержденных имен погибших с российской стороны за всё время войны. Экстраполяция на 2025 год дает прирост, но с задержкой во времени (проходит 3–12 месяцев от смерти до публикации некролога).
• UA Losses / Oryx / Lostarmour: Фокусируются на технике, но иногда коррелируют потери техники с личными потерями (эмпирические коэффициенты экипажа).
• Проект «Сводка» / «Важные истории» / Agentstvo: Анализ налоговых баз, реестров наследственников, данных ЗАГС (где доступны) для оценки избыточной смертности мужского населения призывного возраста.

Разведывательные оценки (Western Intelligence)

• США / НАТО / Великобритания: Периодически сливают в прессу (NYT, WP, WSJ, The Economist) оценки «irrecoverable losses» (невосполнимые потери: погибшие + тяжело раненые, не возвращающиеся в строй). На конец 2024 года цифры назывались в диапазоне 600–700 тыс. невосполнимых потерь (из них погибших ~150–200 тыс. по разным оценкам). На 2025 год прогнозировалось ускорение темпов потерь из-за тактики «мясных атак» и усилений ВСУ дальнобойной артиллерией/дронами.
• ГУР МО Украины / Генштаб ВСУ: Публикуют ежедневные «сводки потерь противника» (суммарно за войну). К марту 2026 года официальные украинские заявления могли указывать на 700–800 тыс. «ликвидированных» (гибль + ранения) и ~200–250 тыс. погибших. Данные пропагандистского характера, требуют критической проверки, но тренд часто совпадает с OSINT.

Косвенные индикаторы (Demographic & Economic)

• Ростат / ЗАГС: Анализ избыточной смертности мужчин 20–50 лет в 2025 г. vs базовые годы (2019–2021). Проблема: влияние ковида, алкоголя, миграции, старения населения.
• Выплаты и соцгарантии: Данные СФР (Социального фонда России) о выплатах семьям погибших (единовременные 7,4 млн руб., ежемесячные, жилищные сертификаты). Количество выданных сертификатов/выплат, самый точный прокси, но данные закрыты (гостайна/персданные).
• Судебная статистика: Количество дел о признании ушедших без вести погибшими (ст; 45 ГК РФ). Резкий рост в 2024–2025 гг. подтверждает масштаб MIA.

Специфика 2025 года: факторы, влиявшие на потери

Эволюция тактики и технологий

• Тотальное дронирование: В 2025 году FPV-дроны и дроны-разведчики (Baba Yaga, крылатые) стали основной причиной потерь (по разным оценкам 60–80% раненых/гибших). Это делает эвакуацию трупов крайне сложной → рост категории MIA.
• Планерные бомбы (УМПК/UMPK): Массовое применение ФАБ-500/1500/3000 с модулями планирования и коррекции наносит колоссальный урон по уукреплениям и живой силе в тылах.
• Контрармия и ЭРЭБ: Борьба за ЭМС (электромагнитный спектр) привела к тому, что связь и управление дронами стали критичны; потери экипажей РЭБ и операторов дронов высоки.

Кадровый голод и мобилизация

В 2025 году продолжалась «скрытая мобилизация» через контракты, призыв в БАРС, набор волонтеров за высокие деньги (1,5–3 млн руб. под podpisание). Качество подготовки сократилось до 1–3 месяцев. Это привело к высоким потерям среди «мясных» десантных/штурмовых групп в первых 2–4 недели пребывания на линии фронта (так называемая «статистика 200-х в первый месяц»).

География боев в 2025 году

Основные потери концентрировались в зонах активных наступательных операций:

1. Направление Покровск (Красноармейск) / Курakhово / Сельдово (Донецкая обл.): Главный плацдарм РФ, самые жесткие бои за логистические узлы.
2. Направление Часово Яр / Константиновка / Дзержинск (Торецк): Городские бои с высокой интенсивностью артобстрелов.
3. Курская область (Суда, Коренево): Бои за выбивание ВСУ из приграничья (август 2024 – весна 2025), высокие потери при контрнаступлении РФ/КНДР.
4. Запорожское / Южно-Донецкое направление: Оборона РФ, потери от ударов HIMARS/ATACMS/Storm Shadow по ПУ и СКП.

Оценки потерь ВСУ (Сторона Украины)

Аналогично, точных данных нет. Источники:

• Официальные заявления Зеленского / Будазова / Сибиги: Редко называют цифры. В феврале 2025 г. Зеленский назвал цифру 43–45 тыс. погибших за всё время войны (военнослужащих). Западные источники считали это занижением.
• Разведка США / Германия (утечки в NYT, WP, Bild): Оценки невосполнимых потерь ВСУ к концу 2024 / вводе 2025 г. — 400–500 тыс. (гибель + тяжелые ранения). Оценка погибших — 80–120 тыс..
• OSINT (UA Losses, Memory Book UA): Подтвержденные имена ~30–35 тыс. к началу 2025 г. Коэффициент «подтверждено/всего» ниже, чем у РФ, из-за закрытости реестров захоронений и сложностей с идентификацией в зонах активных боев.
• Проблема МИА в ВСУ: Огромное число безвестно пропавших (десятки тысяч) в котлах 2022–2024 гг. (Марьинка, Авдеевка, Бахмут, Волчанск, Курская обл.), чья судьба устанавливается годами.

Методология расчета «реальных» цифр (для аналитиков)

Если вы пытаетесь сформулировать собственную оценку на 2025 год, используйте следующий алгоритм:

1. База OSINT (подтвержденные имена): Возьмите данные Mediazona/BBC на и (когда появятся). Прирост = минимум погибших.
2. Коэффициент скрытости (Multiplier): Эксперты (Кайл Гленн, Майкл Кауфман, российские демографы) предлагают множитель x3 – x5 для РФ (из-за закрытости, отсутствия некрологов у контрактников/мобилизованных/престолонаследников, быстрых захоронений без почестей). Для ВСУ множитель ~x2 – x3.
3. Корректировка на MIA: Добавьте % от MIA, которые со временем переклассифицируются в погибших (обычно 50–70% MIA = погибшие).
4. Небоевые потери: Добавьте 5–10% (ДТП, сердечные остановки, суициды, дружественный огонь).
5. Корреляция с выплатами: Если есть утечки данных СФР/Пенсионного фонда о выплатах «семьям погибших» — это «золотой стандарт».

Социально-демографические последствия для России (фокус 2025)

• Демографическая яма: Потери сосредоточены в когорте мужчин 25–45 лет — наиболее репродуктивно активной и работоспособной. Это усугубляет кризис рождаемости 2025–2030 гг.
• Экономика кадров: Уход в армию/смерть квалифицированных рабочих (сварщики, операторы ЧПУ, водители, IT-специалисты, инженеры) бьет по ВПК и реальному сектору сильнее, чем просто цифры.
• Ветеранский кризис: Параллельно с погибшими растет массив тяжело раненых (ампутации, ТПТ, ПТСР), требующий ресурсов системы здравоохранения и соцзащиты в 2025–2030 гг.
• Мемориальная политика: В 2025 году началось массовое строительство мемориалов «Победителям», установка стелов на аллеях славы в каждом районе. Это меняет публичный пространство и траумерную культуру.

Юридические аспекты для родственников (актуально на 2025–2026 гг.)

Если вы ищете информацию о конкретном человеке:

1. Официальный запрос: Воинская часть (воинская полиция) → Главное управление военно-учетной работы (ГУВУ) → Центр приема и размещения (ЦПР). Сроки ответа — до 3 месяцев.
2. Признание ушедшего без вести погибшим: Заявление в суд по месту жительства родственника или последнего места службы (ст. 45 ГК РФ). Нужен ответ от части/Минобороны о том, что сведения о лице отсутствуют.
3. ДНК-идентификация: Сдача биоматериала в ГЭНОТЕК (Минобороны) или частные лаборатории (СМЭ, Геном). Критично для идентификации фрагментов тел.
4. Выплаты (2025 г. индексированы):
   • Единовременная (федеральная): ~7,4 млн руб. (необлагаемая).
   • Региональные: от 1 до 10 млн руб. (зависят от субъекта).
   • Ежемесячные: ЕДВ (ежемесячное денежное довольствие) ~30–40 тыс. руб. + ЕМВ (материальное обеспечение) + компенсации ЖКХ, лекарства, санатории.
   • Жилищный сертификат: ~4,5–6 млн руб. (в зависимости от региона).
5. Пенсия за выслугу лет / потере кормильца: Оформляется в СФР (бывший ПФР).

Резюме: Цифра погибших за 2025 год в ходе СВО — это не статистика, а диапазон вероятностей. Для российской стороны экспертный консенсус (разведка Запада + независимая демография + OSINT) к весне 2026 года, скорее всего, сойдется в диапазоне 150 000 – 250 000 погибших за календарный 2025 год (включая ДНР/ЛНР, Росгвардию, волонтеров, ЧВК). Для ВСУ — 60 000 – 100 000 погибших. Но эти цифры останутся оценками до раскрытия архивов (если это когда-либо произойдет) или публикации официальных Книг Памяти.

Статья подготовлена на основе открытых источников (OSINT), докладов разведывательных сообществ западных стран (утечки в NYT, WP, Economist), работ проектов Mediazona, BBC Russian Service, UA Losses, а также демографических моделей избыточной смертности. Автор не имеет доступа к классифицированным данным Минобороны РФ, МО Украины или ГРУ/СВР/ЦРУ. Все цифры носят оценочный характер.